Подробно о главном

9 943 подписчика

Свежие комментарии

  • Александр Лагуткин
    Так кто вас здесь держит!? Есть же рядом и чистая, и незалежная, с настоящими хероями, с европейскими ценностями. В...Псы войны. Что де...
  • Виктор Шиховцев
    Были дурачки, которые надеялись на другое?Вашингтон позволи...
  • Виктор Шиховцев
    Нужно быть наивным дурачком, чтобы ждать от них другого.Посол РФ о подгот...

Почему Путин не лишает японцев надежды на острова

Почему Путин не лишает японцев надежды на острова

«Проблему северных территорий можно решить только при президентстве Путина. Если это упустить, то в будущем решения не будет», — заявил депутат палаты советников японского парламента Мунэо Судзуки. Так японский политик отреагировал на ответ Путина на вопрос главы агентства Киодо: можно ли после принятия поправок в Конституцию России вообще обсуждать вопрос урегулирования «территориального спора», то есть претензии Японии на южные Курильские острова?

Депутат Судзуки, конечно, нетипичный японский политик — хотя в конце 1990-х он недолго занимал пост госминистра по делам северных территорий, в целом у него репутация очень пророссийского деятеля (он даже признает возвращение Крыма). Но в данном случае высказывание Судзуки интересно тем, что он пытается достучаться до японского общественного мнения — объясняя объективную реальность, которую не хотят признавать в Токио: окно возможностей для урегулирования территориального вопроса и подписания русско-японского договора было открыто Владимиром Путиным, и он же закроет его, если японцы не проявят мудрость и самостоятельность.

Возможность решения споров и заключения договора увеличилась после того, как в ноябре 2018 года на встрече в Сингапуре Владимир Путин и премьер Синдзо Абэ договорились активизировать переговоры о мирном соглашении на основе советско-японской Совместной декларации 1956 года.

Той самой, в которой Москва пообещала передать Японии два из четырех островов — Хабомаи и Шикотан — после подписания мирного договора. Договоренность Путина и Абэ (который неоднократно говорил о своем намерении добиться заключения мирного договора) была чрезвычайно важной — она открывала реальный путь к этому договору.

Упоминанием Декларации 1956 года Москва продемонстрировала добрую волю и решительный настрой, но дальше дело было уже за Токио. Увы, японское руководство при Абэ (ушедшем в досрочную отставку в сентябре прошлого года) не смогло пройти свою часть пути. В ответе Путина на вопрос Киодо есть более чем ясное указание на это:

«Вы знаете, японская позиция очень часто менялась — начиная с 1956 года, когда речь шла о двух островах. Потом мы по вашей инициативе, по японской инициативе, вообще прекратили какие бы то ни было разговоры об этой части Курильской гряды. Потом мы возобновили — по просьбе японской стороны, речь шла о двух островах. После этого японская позиция опять изменилась, и речь уже пошла о четырех островах. Но Россия никогда с этим не соглашалась, не соглашался и Советский Союз. Поэтому, да, у нас внесены изменения в Конституцию, безусловно, мы должны это учитывать. Но я не считаю, что мы должны приостанавливать переговоры по мирному договору.

Здесь много очень тонких вопросов, и в ходе предварительных дискуссий мы поставили перед нашими коллегами, друзьями и партнерами по этим переговорам ряд вопросов, в том числе связанных с обеспечением безопасности. Нас очень интересовало, как же мы будем решать эти вопросы, имея в виду планы ваших союзников по размещению современных ударных ракетных систем на территории Японии. И у нас всегда возникал вопрос: а не окажутся ли эти ракетные системы на таком расстоянии, которое будет угрожать Российской Федерации? К сожалению, однозначного, твердого, ясного ответа мы так и не получили».

Да, 2019-й стал годом упущенных возможностей — проходили переговоры министров иностранных дел, в Токио приезжал секретарь Совбеза Патрушев, но Япония так и не смогла гарантировать России непопадание островов в зону действия японо-американского договора о безопасности. Да и с однозначным признанием итогов Второй мировой войны, то есть суверенитета России над Южными Курилами, в Токио тоже не спешили. В итоге переговоры зашли в тупик — и уже в Москве стали напоминать о том, что еще нужно уточнить, что подразумевается под термином «передача»: вовсе не обязательно это отказ от суверенитета и территориальной принадлежности, возможно и совместное использование, и аренда. А потом, в 2020-м, и вовсе были приняты поправки в Конституцию России, согласно которым:

«Действия (за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации с сопредельными государствами), направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются».

Все, это конец мечтам об островах, решили в Токио. Но Путин не хочет лишать японцев надежды. Поэтому в пятницу он объяснил свою позицию:

«Но я считаю, что мы в любом случае должны выстраивать с Японией добрососедские отношения, в которых заинтересованы как народ Японии, так и народ Российской Федерации. Мы являемся естественными партнерами по очень многим направлениям. В силу целого ряда причин не буду здесь терять времени для того, чтобы их перечислять. Наши друзья в Японии знают об этом.

Поэтому мы готовы продолжать эти консультации, учитывая современные реалии, но исходя из понимания того, что в стратегическом плане и Япония, и Россия заинтересованы в заключении мирного договора».

Зачем Путин это делает? Ведь в России подавляющая часть граждан категорически против передачи Японии любых островов — и даже всякое упоминание о территориальном урегулировании используется для подлых, но пропагандистски эффектных криков о «предательстве в Кремле» и «торговле Родиной». Зачем это Путину — если сама Япония не готова ни к отказу от территориальных претензий, ни к ослаблению своей зависимости от США?

Все просто: Путин мыслит стратегически. Россия и Япония всегда будут соседями — и их отношения всегда будут важны для обеих стран. Сейчас Япония лишена полноценного суверенитета, но она к нему стремится, что бы ни говорили о нерушимости ее вечной дружбы с Америкой. Одной из форм ограничения японского суверенитета являются территориальные споры — а они у Токио есть со всеми ключевыми соседними державами: Россией, Китаем, обеими Кореями. Только с США нет никаких споров, хотя немалая часть японской Окинавы до сих пор оккупирована американскими войсками.

То есть внимание японцев просто переключают с реальной проблемы на выдуманные. Вместо того чтобы задуматься об избавлении от американского поводка, им предлагают переживать из-за русских и корейских «оккупантов исконно японских земель» или опасаться китайских территориальных претензий.

В итоге у Японии плохие отношения и с Китаем, и обеими Кореями — и очень неопределенные с Россией. Конечно, причины сложных отношений с соседями вовсе не сводятся к территориальным спорам, но именно они дают возможность внешним силам манипулировать японским массовым сознанием. Китайская угроза! Русские оккупанты! В случае с Россией искусственность территориальной проблемы и ее огромное влияние на двусторонние отношения более чем очевидны: Токио мог вернуть два острова еще в конце 1950-х — если бы тогда же ему не запретили это делать американцы, которых категорически не устраивала нормализация советско-японских отношений. А в 1960-м был подписан японо-американский военный договор, после которого Москва и вовсе сочла себя свободной от обещаний 1956 года.

Тем не менее в 2018-м Путин вернулся к ним, но выяснилось, что желание Японии урегулировать отношения с Россией пока еще не совпадает с ее возможностями ослабить свою зависимость от США. Очень плохо — в первую очередь для самих японцев, упускающих возможность укрепить и свой суверенитет, и свое положение в регионе. Ведь именно для этого им и нужны стратегически надежные отношения с Россией.

Однако подобное положение не может длиться вечно — Японии придется набраться силы духа и воли для обретения подлинной независимости. Ведь Тихоокеанский регион становится центром тяжести мировой геополитики — и несамостоятельных игроков здесь ждет печальное будущее. Путин не хочет и не может быть бо́льшим японским патриотом, чем сами японцы, но сейчас объективно он таковым и является. Потому что делает ставку на японский путь к самостоятельности, на стратегические интересы Японии — ради стратегических интересов России.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх