Подробно о главном

9 853 подписчика

Свежие комментарии

Почему Россия не осуждает взявших власть генералов. Пётр Акопов

Почему Россия не осуждает взявших власть генералов. Пётр Акопов

Россия нанесла еще один коварный удар по демократии в мире — военные взяли власть в Мьянме. Нет сомнений, что мы не раз услышим с Запада подобные комментарии — тем более что "доказательств" предостаточно.

Кто отстранил президента Вин Мьина и государственного советника Аун Сан Су Чжи, лидера правящей партии и, по сути, премьер-министра? Главком вооруженных сил Мин Аунг Хлайн — именно ему, а не назначенному исполняющим обязанности президента вице-президенту Мьинт Шве перейдет вся полнота власти в стране. А с кем несколько дней назад встречался старший генерал Мин? С министром обороны России Сергеем Шойгу, посещавшим Нейпьидо, столицу Мьянмы. А кому Мин давал свое единственное обстоятельное интервью? Российскому журналу. А в какой социальной сети у него есть официальная страница? Во "ВКонтакте" — а на фейсбуке и в твиттере он давно уже заблокирован. Да и в США Мину закрыт въезд — а вот в Россию он приезжает регулярно, последний раз был в прошлом году на параде Победы.

Ну какие еще нужны подтверждения тому, что Москва — это враг демократии и Байдену нужно скорее собирать глобальный "Саммит за демократию"? Только в ноябре в Мьянме прошли парламентские выборы, которые выиграла партия Аун Сан Су Чжи — 75-летней дочери отца-основателя государства, — и вот военные уже отстранили ее от власти.

А ведь мир так долго боролся за ее освобождение, и у власти она пробыла всего пять лет — и что, теперь снова под домашний арест? Целого лауреата Нобелевской премии мира посадят страшные генералы, которых поддерживает злодей Путин.

Увы, в мире (и в России тоже) очень мало знают о реальной жизни 60-миллионной Мьянмы, бывшей Бирмы — даже смена названия в 90-е годы сбивает с толку. Военные взяли власть в Мьянме? Но они всегда и были властью в этой буддистской стране — они ее фактически и создали. Военным был и отец Су Чжи, погибший накануне предоставления независимости этой британской колонии в 1947 году. Военными были и руководители страны практически всю ее новейшую историю — меньше 20 лет из 73 ей правили гражданские.

Мьянма — сложнейшая многонациональная страна, с множеством внутренних межнациональных конфликтов (в том числе и вооруженных), и не будь ТАМАДО (так называются вооруженные силы), она вряд ли вообще сейчас существовала бы. Да и географическое положение очень непростое — между великими Индией и Китаем, да еще и 200-миллионная Бангладеш под боком.

Именно из-за беженцев из Бангладеш, кстати, Мьянму последние годы полощут все мировые СМИ — причем достается не только "кровавым генералам", но и нобелевской лауреатке. Премии мира ее, правда, не лишили — но множество почетных европейских званий она уже потеряла. За так называемый геноцид рохинджа — то есть те межнациональные и межрелигиозные конфликты на севере страны, которые пытались выдать за сознательную политику властей Мьянмы против "несчастных мусульман". Именно исламский фактор и был ключевым для информационной кампании — которую разогревали те, кому одинаково наплевать и на мусульман и на буддистов. Обвинения в геноциде нужны были как для переключения внимания мировой исламской уммы с Запада на Восток, так и для давления на Мьянму. Страну, которая очень долго жила сама по себе — и лишь недавно начала открываться миру. А у мира интерес к Мьянме очень серьезный.

США хотят встроить Мьянму в антикитайский альянс. Китаю Мьянма нужна для спокойствия в своих приграничных провинциях и выхода через нее в Бенгальский залив. При этом сама Мьянма не хочет быть разменной картой в чужих играх — и хотя связи с Китаем для нее очень важны, ни о какой зависимости от Пекина не может быть и речи (в том числе и потому, что в Мьянме хорошо помнят, как начиная с 60-х годов Китай поддерживал местную компартию, которая вела боевые действия против центрального правительства).

На этих чувствах пытается играть Запад — но прозападная часть мьянманской элиты (собирающаяся вокруг Су Чжи) не может самостоятельно определять политику страны.

И в этой ситуации совершенно особую роль играет Россия — к которой сами лидеры Мьянмы всегда проявляли повышенный интерес. И не только генералы.

Налаживать отношения с СССР начал еще У Ну, первый бирманский премьер-министр, и в его страну дважды приезжал Хрущев. Со строившим бирманский социализм генералом Не Вином — а он правил больше четверти века, до 1988 года — отношения не были ровными, но связи двух стран сохранялись. Особо важным было военно-техническое сотрудничество — а при генерале Мин Аун Хлайне связи с Россией стали становится все теснее. Сыграло ли в этом свою роль буддистское происхождение Сергея Шойгу? Наверняка — но решающим было понимание генералом Мином важности отношений с Россией для его страны. Мьянма стала закупать больше российской военной техники и направлять своих офицеров в российские военные училища — национально ориентированную элиту не подготовить в британском Сандхерсте.

Помимо того что генерал с симпатией относится к России, он отмечает и сходство исторических судеб двух стран: монархический период, строительство социализма, да и борьба с терроризмом, причем поддерживаемым извне.

Бирма отказалась от социалистического пути после отстранения Не Вина — но генералы сохранили власть и начали делиться ею только в последние десять лет. Полностью передав ее гражданским в 2015-м — и вот сейчас вернули себе обратно. Не навсегда — чрезвычайное положение введено сроком на год. Потом пройдут новые выборы — потому что в ходе нынешних генералы нашли много нарушений, поставивших под вопрос более четверти из 38 миллионов голосов избирателей.

Причем вмешательство армии не стоит называть переворотом — потому что по конституции страны именно ТАМАДО является гарантом соблюдения Основного закона. А генералы обвинили в его нарушении — через манипуляции на выборах — как раз гражданские власти и партию Су Чжи. Более того, по той же конституции у главкома есть право "принимать и осуществлять государственную суверенную власть" — при возникновении "чрезвычайного положения, которое может привести к распаду Союза, разрушению национальной сплоченности и потере суверенной власти". При этом главком опирается на Совет национальной обороны и безопасности — в котором у военных есть большинство.

То есть военные использовали (пусть и с натяжкой) те механизмы, которые сами же заложили в конституции 2008 года. Но зачем? Чтобы просто взять власть — но ведь она и так во многом была у них? Нет, ими двигало стремление не допустить смуты и хаоса — потому что после победы партия Су Чжи решила назначить глав регионов из своих рядов. Это вызвало беспокойство в национальных штатах — где и поддержка Су Чжи меньше, и угроза дестабилизации больше. А ведь партизанские действия и полулегальные местные вооруженные национальные формирования — все еще реальность для Мьянмы, и военным категорически не хотелось, чтобы к существующим межнациональным и межрегиональным противоречиям добавились еще и новые.

То есть генералы взяли на себя неблагодарную роль — чтобы предотвратить еще больший кризис, они отстранили гражданскую власть. Личные амбиции генерала Мин Аун Хлайна не имеют при этом особого значения — ему важно сохранить единство страны.

Что же касается России, то она поддерживает право каждого народа самому определять свою судьбу — и не становиться пешкой в чужой игре. Именно этого и хотят взявшие власть в Мьянме — поэтому Россия не станет демагогически кричать о "нарушении демократии". Пускай этим занимается страна, раньше специализировавшаяся на "экспорте демократии" по всему миру, — а сейчас провернувшая спецоперацию по избранию своего президента почтовым голосованием.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх