Модель умерла, да здравствует модель

Я вчера уже высказал своё мнение (хотя, это даже не мнение, фактов мало, да и многие из них ещё не скоро покажут свои уши) о причинах происходящих в мире событий. Да, имеют место уникальное сочетание факторов (хотя в условиях крупных кризисов они обычно концентрируются, так что можно было бы догадаться, что такое возможно, хотя сами истории заранее было предсказать затруднительно), да, имеют место некие замыслы. Так и хочется сказать «злонамеренные», но это не совсем правильно, поскольку те, кто рисовал планы, имели в виду не столько ухудшение жизни людей, сколько победу над политическими противниками.

Которых сегодня две больших группы, условно: либералы-финансисты и патриоты-изоляционисты. Но сегодня хотелось бы добавить.

Прежде всего, основной раскол в политических элитах, это раскол по линии либерализм-консерватизм. И финансисты, которые много десятилетий правили миром — правые либералы. А их антагонисты — правые консерваторы. Но, есть и другие силы. Это левые либералы, наиболее ярким представителем которых сегодня является Сандерс. И — левые консерваторы. Которых бы надо назвать коммунистами, проблема только в том, что до того, как Сталин разобрался с мировым коммунистическим движением, они, по большей части, были всё-таки, левыми либералами. И в культуре современного Запада коммунисты больше ассоциируются с троцкистами, Сталин для него националист.

К слову, слабость Евросоюза, о которой я писал ещё двадцать лет назад, и которая стала всем очевидна сейчас, связана с тем, что там все политические элиты — лево-либеральные. А банкиры, кукловоды, которые дёргают за ниточки, правые либералы. Поэтому выращенные последние 40 лет в Западной Европе политики не могут принимать реальных решений: реальные механизмы их принятия находятся вне официальной политической и управленческой системы Евросоюза.

Как они устроены — это тема отдельная. Что-то видно на примере Европы Восточной, где ещё не все ниточки убрали с глаз долой. И там чётко видно, что главный центр принятия решений — фонды Сороса и управление осуществляется через лиц, которые прошли там обучение. Но сегодня ярко видно: политики на уровне ЕС в принципе не могут принять серьзные решения и следовать интересам общества. Они пытаются этому обществу что-то вменить (типа, ювенальной юстиции и новых «семейных» принципов), но слушать его не могут, тем более, не могут принять быстрых решений. Поскольку они требуют согласования с кукловодами-банкирами, которым мало что можно объяснить. Точнее, политики точно знают, что если они начнут настаивать на чём-то, даже со ссылками на народ, то их просто заменят. А либеральный принцип состоит в том, что свои интересы важнее всего. А потому — ЕС обречён.

Так вот, фокус в том, что право-консервативные политики, конечно, приходят на смену право-либеральным. Но в условиях предстоящего кризиса, который очень сильно ударит по доходам граждан (падение уровня жизни будет раза в полтора выше, чем в США в начале 30-х годов прошлого века), настроения очень сильно качнутся влево. Я даже хотел написать про то, что это будет самый сильный кризис в истории, но потом вспомнил, что кроме регулярных кризисов бывают ещё и войны, поэтому настаивать на логике «самого сильного» не буду. Но «левый поворот» практически неизбежен.

И в такой ситуации, сама жизнь будет толкать Трампа и Путина в сторону левой политики. Да, они сами будут считать это вынужденным маневром, в условиях объективных проблем, но особых вариантов тут не будет. А вот им на смену придут новые люди, которые будут уже вполне себе лево-консервативны, без всяких вариантов. Отметим, кстати, что главный идеолог Трампа Стив Бэннон вполне себе левый консерватор, достаточно его интервью «Ле Фигаро» прочитать (оно есть у нас на сайте).

И вот теперь нужно сказать самое главное. Та модель жизни, которая была у нас (и у американцев, и у западноевропейцев, и у нас с вами) закончилась. Сегодня уровень жизни стали поддерживать ну совсем откровенными одноразовыми методами (Трамп раздаёт деньги всем гражданам), но уже понятно, что логистическая инфраструктура, туристическая инфраструктура, финансовая инфраструктура, торговая инфраструктура в мире не восстановятся. И потому, что понесла тяжёлый урон во время всеобщего карантина, и потому, что доходы домохозяйств критически уменьшаются.

Им на смену должны прийти новые структуры. Причём, не исключено, разные в разных странах и/или регионах. И сегодня пока никто не знает, какие. Точнее, у нас есть люди, которые могут попытаться такие модели разработать (собственно, именно этим и занимается Фонд Хазина), но они не имеют ни адекватного финансирования, ни официального признания. Зная, насколько жестко научная общественность относится к чужакам, могу сказать, что ещё много лет мы будем получать в качестве «экспертных заключений» очередную либеральную жвачку и жесткую агрессию в отношение не либеральных подходов.

В связи с этим я настоятельно рекомендую всем, кто ведёт собственный бизнес (с публичными компаниями я вообще не понимаю, что делать, у них отказ от гибельных либеральных рецептов не предусмотрен внутренними протоколами) начать разрабатывать собственные модели выживания. Да, они неминуемо будут локальными и временными, да, их нужно будет часто менять и постоянно верифицировать и адаптировать к реальным обстоятельствам. Но это единственный способ не просто выжить, но и выиграть. Поскольку на падающем рынке тот, кто выживает, автоматически получает ту долю рынка, которую занимали его погибшие конкуренты.

Ну а мы, Аврора и Фонд Хазина, готовы помогать и участвовать. И семинарами, и консалтингом. Да и просто разговорами за чаем. Но всё равно, главную работу вы должны делать сами. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Источник ➝

В России началось строительство огромного тракторного завода

Не многие знают, но в России расположен один из крупнейших в мире производителей сельскохозяйственной техники, продукция которого представлена на 4-х континентах. Это Ростсельмаш. Но это не тот Ростсельмаш, который существовал в Советском союзе. Тогда завод производил лишь зерноуборочные комбайны, в техническом плане довольно отсталые даже по меркам того времени.

Сегодня Ростсельмаш это огромный концерн, в который входят 13 предприятий, расположенных на 11 производственных площадках в 5 странах мира.

Это более 150 моделей и модификаций 24 типов техники. Это не только современнейшие зерноуборочные комбайны всех классов, это и кормоуборочные комбайны, трактора, опрыскиватели, различное навесное оборудование, жатки, плуги, сеялки, практически весь перечень сельскохозяйственной техники.

Для того чтобы выйти на рынок тракторов, Ростсельмаш не стал изобретать велосипед, точнее трактор, а купил канадского производителя тракторов Versatile. Тем самым производитель убил двух зайцев, с одной стороны получил необходимые компетенции, с другой, вышел на рынок Северной Америки, получив широкую дилерскую сеть канадского производителя.

Сегодня Versatile это именно российский трактор. Руководители не просто купили завод и технологии, они начали активную компанию по переводу производства из Канады в Россию. Перед созданным специально для развития тракторного направления конструкторским бюро была поставлена задача — подготовить базу для производства модели Versatile 2375 полностью из отечественных комплектующих.

Versatile 2375. Фото автора

Тракторное производство сейчас развернуто в Ростове-на-Дону на мощностях основного завода Ростсельмаш. Это несколько цехов, включая сборочный цех (6000 кв. м), цех для обкатки и приемо-сдаточных испытаний (1500 кв. м), а также цех для сварки узлов (3500 кв. м), участок по изготовлению всей номенклатуры раскроя листового и трубного металла на Ростовском прессово-раскройном заводе (РПРЗ, водит в ГК Ростсельмаш), необходимого для сборки тракторов RSM, и участок мехобработки и сварки мостов (500 кв. м).

Производство тракторов на Ростсельмаш в полной мере соответствует постановлению правительства №719 от 1 октября 2015 года о критериях отнесения промышленной продукции к российской, что позволяет аграриям, приобретающим трактор RSM 2375, рассчитывать на получение субсидий от государства. Тракторы и самоходные комбайны считаются отечественными, если в стране локализовано минимум 14 технологических операций. По этому показателю RSM 2375 – давно уже российский трактор. Производство всех его деталей и узлов (за исключением двигателя и пока коробки передач) налажено как на Ростсельмаш, так и на различных отечественных предприятиях по всей стране. Сообщает Ассоциация "Росспецмаш"

Но Ростсельмаш не останавливается на этом. Хотя нынешние мощности позволяют производить до 1000 тракторов в год, что по современным меркам немало, особенно если учитывать, что RSM 2375 это очень мощный производительный трактор, но завод смотрит в будущее.

Поэтому было принято решение строить отдельный тракторный завод, и предварительные работы уже начались. В качестве площадки для нового завода выбрана территория так и недостроенного в советское время цеха завода «Копнитель». Это порядка 14 га земли и 62 тыс. кв. м производственных площадей, оборудование на которые так и не завезли. Корпус простаивает без дела уже 30 лет, и вот теперь ему дадут новую жизнь. Расчистка территории и подготовка нового производства может обойтись, по разным оценкам, в 2–3 млрд рублей. Завод запустят до 2023 года. Планируется, что на нескольких конвейерах здесь будет выпускаться до 10-15 тракторов в смену. А это 2500-3000 мощных тракторов в год при односменном режиме работы. Таких заводов в России больше нет.

Картина дня

))}
Loading...
наверх